Девочка умерла, но скоро родилась уже в другой семье
11 Октября в 12:33
Наши корреспонденты Николай и Наталья Варсеговы вспомнили одно загадочное событие из своей журналистской практики
Началась эта жуткая история 22-го сентября 1988-го года в Алма-Ате. В тот роковой день веселая и цветущая девочка Венера четырнадцати с половиной лет, прилежная ученица, дочь уважаемых интеллигентных родителей — Мусы и Халиды Абдурахмановых обычным делом отправилась с подружками в школу. И, как пишут в подобных случаях, казалось бы ничто не предвещало беды…, но на уроке физкультуры, на глазах у всего класса девочка вдруг осела и… умерла…
Причину смерти Венеры при ее здоровом сердце медицина так и не смогла осмыслить. Расписывать горе родителей было бы тяжело, но нельзя обойти вниманием тот факт, что отец Муса смастерил у могилы дочери что-то вроде бытовки и прожил на кладбище с полгода.
Но история на том не закончилась, а получила она продолжение уже за две тысячи километров от Алма-Аты — в глухой башкирской деревне С… В этой деревне через полгода после смерти Венеры в семье учителей родилась девочка, которую назвали Гульнарой (имя изменено по просьбе матери, — Ред.). А через 3 года с башкирской Гульнарой стали происходить какие-то странности, связанные со смертью казахской Венеры.
Гульнара в семье четвертый ребенок. Росла веселой и жизнерадостной. Но на четвертом году своем сделалась замкнутой и капризной. И однажды, к большому негодованию отца и слезам мамы вообще заявила, что вы, мол, не мои родители. А, дескать, настоящие родители у нее живут в большом городе в Казахстане…
Дальше — хуже! Как ни старались родители образумить дочку, отвлечь от навязчивых фантазий — бесполезно, — ее прошлая память оживала все больше и больше. Она уже точно вспомнила, что жила в городе Алма-Ате, что у нее были длинные черные косы — гордость той бывшей семьи, еще был у них красный «Москвич», на котором она с алма-атинским папой ездила к маме в больницу, когда та лежала на операции. Еще Гульнара вспомнила страшную историю, как у нее на глазах грузовик сбил девочку из соседнего подъезда, и весь дом погрузился в траур. И еще вспомнила, что звали ее в той прошлой алма-атинской жизни… Байрам.
— Эта ее навязчивость со временем только усиливалась и становилась для нас все более невыносимой, — рассказывала нам мама Гульнары еще в далеком 1996 году. — Со страхом я поймала себя на мысли, что вот и сама начинаю верить в эту бессмыслицу! И как специально попалась мне на глаза заметка про девочку из Индии 1926 года рождения, страдавшую воспоминаниями из прошлой жизни. Однажды я спросила дочь, сможет ли она узнать то место, где жила, если, например, окажется в Алма-Ате. Дочка (уже шестилетняя), которая нигде не бывала, кроме райцентра, ответила, что Алма-Ата очень огромный город, и она вряд ли сможет найти свой дом. Помнит только, что он пятиэтажный, каких в городе очень много, а семья их жила то ли на втором, то ли на третьем этаже.
Так Гульнара изводила себя воспоминаниями все больше и больше. И тогда по совету родственников отчаявшаяся мама написала в газету «Вечерняя Алма-Ата», мол, так и так, наша дочка Гульнара утверждает, что еще несколько лет назад жила в Алма-Ате и носила имя Байрам. Письмо напечатали. Оно попало на глаза семьи Абдурахмановых, у которых, как уже мы сказали вначале, умерла дочь Венера. Но дело в том, что умершая Венера родилась в майский мусульманский праздник Байрам и потому ее в семье действительно чаще так и величали — Байрам.
Те и другие родители осторожно созвонились.
Потом родители башкирской Гульнары показали кассету, на которой Халида — мама умершей казахской Венеры — рассказывала следующее:
— Поначалу рассудок мой отказывался чему-либо верить, но когда незнакомая женщина на том конце провода вдруг стала со слов своей дочки описывать подробности из прошлого нашей семьи, у меня окаменел голос и выпала из рук трубка… Все сходилось: и черные косы, и красный «Москвич», и гибель девочки из соседнего подъезда. Только имя матери Халиды Гульнара спутала с именем материной сестры. Последняя, как оказалось, проводила с казахской Венерой больше времени, чем родная мать. Имя «бывшего отца» Гульнара тоже не помнила, зато называла имя и точно описывала внешность своей близкой школьной подруги.
И вот алма-атинцы Абдурахмановы приехали в гости к маленькой Гульнаре. Видеопленка (запись на кассете VHS родители Гульнары показали нашему корреспонденту, — Ред.) вопреки здравому рассудку свидетельствует — девочка узнала «своих бывших» родителей! «Бывшие» узнали ее. И дело даже не в сильном сходстве фотографий. Когда Муса взял девочку на руки, та его вдруг схватила за уши. Алма-атинцы были поражены, — только «бывшая» Венера имела в детстве такую озорную привычку. А маме Халиде малышка задала банальный житейский вопрос, который по случаю задаст всякий ребенок, вернувшийся, например, с каникул от бабушки:
— Мама, зачем ты обрезала волосы?
— Она раньше видела меня только с длинными волосами, — вспоминала Халида, утирая слезы.
Вот с этого и началась их встреча после девяти лет «разлуки». «Бывшие родители» погостили и уехали к себе в Алма-Ату, а Гульнара пошла в первый класс. Настроение у нее резко изменилось к лучшему. Она опять весела и здорова. Вопрос о воссоединении никто, слава Богу, не ставил, просто семьи активно переписывались и перезванивались. Правда, с годами общение прекратилось. Последний раз казахские «родители» звонили около года назад сообщить, что у них умер сын.
Тогда в 1996 году мы не стали публиковать эту историю, потому как родители Гульнары звонили в редакцию и настоятельно просили не предавать дело огласке. Их замучили уже местные ходоки, прознавшие о чуде. И неизвестно как бы всероссийская слава отразилась на здоровье малышки. Однако, эта история нас не отпускала, и наконец мы решили о ней поведать.
ОТ РЕДАКЦИИ
Среди наших читателей найдется немало скептиков, которые усомнятся в правдивости этой истории. Ибо тема переселения душ сомнительна и для многих ученых, и для простых людей. Именно поэтому мы решили найти башкирских и казахских героев, чтобы заново вспомнить с ними события тех лет и привлечь специалистов-психологов, способных найти объяснение этому феномену.
С трудом дозвонились мы до деревни, где живет мама Гульнары. Она очень просила нас не поминать в печати про ту историю. Дело в том, что в те времена, когда их случай стал известен во всей республике, семью «достали» всякие экстрасенсы и любопытные. Посему мы маме пообещали не указывать их деревню, фамилию и даже изменили имя девочки.
Самой Гульнаре уже более 30 лет. С красным дипломом закончила университет, получила гуманитарное образование. Ныне живет в Германии. Замужем, имеет детей. Она, по словам мамы, страшится своих детских воспоминаний, которые закончились после встречи с казахскими «родителями», и не желает вспоминать о той «прошлой жизни» даже в кругу своих близких. А муж Гульнары и вовсе не знает о той истории.
В соцсетях Гульнара не зарегистрирована. Мы нашли ее данные только в базе репетиторов английского и немецкого языков. Попробовали напроситься к ней ученики, но получили отказ через автоматического консультанта. На письмо по электронной почте Гульнара тоже на отвечает.
— Зачем вы снова пишете о нас? — спросила нас по телефону мама Гульнары. — Думаете, это неправда? И мы всех обманули? Но мы не собираемся никому ничего доказывать.
Номера телефона казахских «родителей» у мамы Гульнары нет, утерян. Если алма-атинцы помогут нам установить с ними связь, будем признательны. Это Муса и Халида Абдурахмановы. Имена, разумеется, реальные.
Источник: clear-news.com