За последние четыре десятилетия представления о женской красоте прошли путь от скромного советского естества до гиперреалистичных ИИ-фильтров и фармакологических способов снижения веса. Эти перемены отражают не только моду: в них видны изменения экономики, идеологии и технологий.
В позднем СССР образ «правильной советской женщины» связывали со здоровьем, спортивностью, легким румянцем и сдержанностью. Ориентиром служили Ирина Алферова, Елена Сафонова и Людмила Гурченко: естественно подкрашенные брови, алая помада, натуральный цвет волос и фигура без изнурительных диет. Красота считалась «интеллигентной», а сексуальность скрывалась за «правильным» костюмом.
Перестройка сделала внешний образ смелее. В одежде появлялись широкие плечи, леггинсы, яркая бижутерия, люрекс, мини, объемные свитеры и «вареный» деним. После долгих лет умеренности желание выделиться превращалось почти в заявление о независимости.
Эксперименты касались не только одежды. Женщины, располагавшие средствами и нужными знакомствами, могли корректировать внешность, хотя пластическая хирургия в СССР не была массовой индустрией, а современной инъекционной косметологии еще не существовало.
«Но пластическая хирургия в СССР не была массовой индустрией, а инъекционной косметологии в современном понимании еще не существовало, поэтому красота носила индивидуальные черты. Инструментов, способных привести миллионы разных лиц к одному модному образцу, к похожести, как это было в нулевых, практически не было», — говорит Надежда Зорина из медицинского центра ARclinic в Санкт-Петербурге.
В 1990-е распад СССР принес не только экономические, но и эстетические перемены. На смену скромности пришли желание красивой жизни и доступ к ярким, блестящим и импортным вещам. В моду вошли джинсовые куртки и юбки, кожа, мини, цветные лосины, спортивные костюмы, кроссовки, синтетические блузки, крупные логотипы.
«Сегодня некоторые сочетания кажутся чрезмерными. Но оценивать их исключительно с позиции хорошего вкуса несправедливо. Мода 1990-х была модой человека, которому наконец разрешили выбирать. Отсюда любовь к яркости, брендам и всему „иностранному“. Одежда становилась способом заявить: я могу себе это позволить, я знаю, что происходит в мире, я новая», — рассуждает историк моды.
Начесы, химические завивки, леопардовые лосины, ярко-малиновые губы и синие тени стали частью нового образа. К концу десятилетия, с проникновением западной культуры, маятник качнулся в другую сторону: в моду вошла крайняя худоба и первые эксперименты с пластической хирургией. Увеличенная грудь и неестественно тонкие лодыжки превратились в маркеры успеха и доступа к «западной жизни».
В 2000-е глянцевые журналы стали путеводителями по моде и стилю, а модельные стандарты с подиумов перешли в повседневную жизнь. Женщины стремились к параметрам 90-60-90 и изнуряли себя диетами. Идеалом считались высокий рост, худощавость, выраженная грудь, часто с имплантами, темный загар и идеально прямые наращенные волосы.