Казачьи лампасы раздора: В Казахстане хотят поставить русских на колени?

Сегодня Алина Кабаева предстала перед российскими журналистами в прекрасной форме

На днях в Казахстане произошёл мерзкий случай. Местный житель, казах, начал приставать к шедшему с детьми в храм семиреченскому казаку Ивану Громову, негодуя по поводу того, что тот, как это у казаков принято, в праздничный день одет в казачью форму. Да ещё – о ужас! – пуговицы у него с двуглавым имперским орлом. В общем, полная поруха всего казахстанского суверенитета и национальной казахской гордости, что вызвало у аборигена приступ праведного гнева и крик: «Это Кокшетау, казахская земля!»

То, что сам Иван Громов – такой же местный житель и гражданин Казахстана, в глазах бесноватого нацика ничего не значило: перед ним был русский, посмевший разгуливать по «суверенной казахской земле» в русской (казачьей) униформе, пусть даже и прошлого века.

Кстати, сам город Кокшетау (называемый так с 1993 года) был основан 28 апреля 1824 года сибирским казаком Михаилом Казачининым как военное укрепление. И носил имя Кокчетав – по названию стоящей рядом горы Кокшетау (по-казахски – Синеватая гора). Соответственно, давшая начало городу станица называлась Кокчетавская и лишь в 1868 году – в связи с переселением множества русских крестьян и казаков – стала полноправным городом Кокчетавом. Так что, говоря «Кокшетау – казахская земля», местный националист весьма ошибался. Земля казачья, хотя и казахи здесь тоже периодически кочевали.

Казахи не знают своей истории?

Впрочем, не будем осуждать не шибко грамотного аборигена с завышенной национальной самооценкой. В нынешнем Казахстане оптимальный гражданин именно таким и должен быть: искренне верящим, что «всё вокруг казахское, всё вокруг моё», наученным в школе «правильной» истории, в которой казахи – древний великий народ, а русские (и казаки в частности) – лишь колонизаторы и пришельцы на «исконно казахских землях».

Если вспомнить реальную, а не написанную по мотивам песен казахских акынов историю, то казахский этнос образовался лишь к середине XV века. Тогда, отколовшись от распадавшейся Золотой Орды, два чингизида Жанибек и Кирей образовали в южной части нынешнего Казахстана собственное ханство, назвав своих подданных «казаками», что по-тюркски означает «вольного человека». До революции 1917 года этнографы казахов называли «киргизами». Точнее, «киргиз-кайсаками», в отличие от нынешних киргизов – «кара-киргизов».

В апреле 1920 года создана была Киргизская АССР (автономная республика в составе РСФСР) со столицей в Оренбурге. В её состав включили многие территории Уральского, Оренбургского и Сибирского казачьих войск. А большую часть земель Семиреченского казачьего войска отдали в Туркестанскую АССР. В 1925 году, уже после создания СССР, произошло новое «размежевание» территорий: из Киргизской АССР и части Туркестанской АССР образовали КазаКскую АССР (именно так она называлась, чтобы о «контрреволюционных» казаках и памяти не осталось). В 1936 году появилась КазаХская ССР (союзная республика), названная так, чтобы отличать казахов казаков. В Казахской ССР остались почти все территории Уральского казачьего войска с городом Уральск, большинство земель Сибирского казачьего войска с русскими городами Петропавловск, Павлодар, Семипалатинск и Усть-Каменогорск, а также территория Семиреченского казачьего войска с русским же городом Верный – это впоследствии Алма-Ата, с 1929 года столица республики.

Так что кто из двух, казаки или казахи, чужие земли оттяпал – это даже не вопрос…

«Сон разума рождает чудовищ» (Франсиско Гойя)

Казахских националистов всё это не волнует: для них это и многое другое – «исконно казахские земли». К таковым они относят не только бывшие казачьи территории, но также ряд «спорных» земель, принадлежащих Узбекистану (более трети территории, включая Ташкент), Китаю и… России. Тут размахнулись: им подавай часть Самарской, Саратовской, Оренбургской, Челябинской и Новосибирской областей и почти всю Омскую. Это при том, что не только на правобережье Урала, но и на правом берегу реки Иртыш казахов исторически не было, а жили там сибирские татары и джунгарские калмыки.

Поборников казахстанского величия подлинная история не интересует – тем более что учат они её, судя по всему, по то и дело выпускаемым в Казахстане «историческим» фильмам о великой культурной цивилизации казахов, задавленной «русским колониализмом».

Однако история – дама капризная и требует не киношек, а фактов. Когда в российское подданство первым вошёл казахский Младший жуз, российский дипломат и чиновник оренбургской администрации А. И. Тевкелёв описывал образ жизни новых подданных Империи так: «…всё их имение состоит в лошадях и овцах, на которые потребные себе товары, яко то сукна, ножи и железные котлы, холст и протчую конскую сбрую выменивают». Естествоиспытатель И. П. Фальк (по происхождению шведский врач) свидетельствует о том же: «Общепринятым и едва ли не единственным занятием киргизов (т. е. казахов) является животноводство».

О письменном казахском языке можно говорить самое раннее – на рубеже ХIХ – ХХ веков. В 1870–1882 годах в Ташкенте появилась первая газета на казахском языке в виде приложения к официальному печатному органу туркестанского генерал-губернаторства «Туркестанским ведомостям».

Каково казакам в Казахстане

Когда в конце 1980-х годов в СССР началось возрождение казачества, оно с первых же шагов ощутило противодействие националистически настроенной (хотя формально ещё коммунистической) казахской республиканской верхушки. С созданием суверенного Казахстана в СМИ то и дело вбрасывались откровенно провокационные статьи про то, что казаки якобы мешают «демократизации» и «модернизации» молодого государства.

Казачество – это русские люди, исторически проживавшие на землях нынешнего Казахстана и имеющие право на национальную самобытность и культуру. Поэтому права их власти Казахстана обязаны защищать так же, как и права всех своих граждан (Александр Молчанов, руководитель правозащитного центра «Царьград»).

Да, сам «отец казахской государственности» Нурсултан Назарбаев говорил про казаков:

Казаки – наши земляки. Пусть возрождают свои традиции и обряды. Но по законам нашей суверенной республики недопустимы автономизм, экстремизм и территориальные претензии.

В общем-то, всё верно сказал: живёшь в стране – выполняй её законы. Но при этом, разумеется, семиреченские казаки властями Казахстана, взявшими курс на формирование Казахстана не как многонационального, а как унитарного национального казахского государства и «ползучую дерусификацию», не могли не восприниматься как чужеродный, а потому потенциально опасный элемент. Так их и воспринимают до сих пор.

Действуя по старому принципу «разделяй и властвуй», власти Казахстана способствовали созданию максимального количества разнообразных «казачьих» организаций, как правило конфликтующих между собой. Тем не менее именно семиреченские казаки продолжают оставаться наиболее организованной русской силой и хранителями имперских русских традиций в Казахстане. Не случайно именно «семиреки», несмотря на резкое неприятие этого факта властями, отправлялись воевать за Русскую цивилизацию в Приднестровье и на Донбасс. Не случайно именно казаки ещё в 2000 году направили коллективное письмо только что пришедшему к власти президенту Путину об истинном положении русских в Казахстане, где говорилось, что «в результате агрессивной национальной политики казахских властей» идёт выдавливание русского населения и казачества за пределы Казахстана. На начало 2000 года уже выехало 25% всего населения – около трёх с половиной миллионов человек… Сейчас уже, разумеется, гораздо больше.

Форма и содержание

Конечно, «не всяк казак, у кого лампасы». Но что же касается формы, то её семиреченские казаки носят начиная с 1990 года, и поскольку форма эта «дореволюционная», она никоим образом не может трактоваться как униформа запрещённых в Казахстане военизированных организаций. Для казака, тем паче – в инокультурном окружении, форма является фактически национальным костюмом, говорящим о принадлежности её владельца к казацкому субэтносу русского народа. Что ни в Казахстане, ни в России никаким законом никому не запрещено.

 

Согласитесь, трудно себе представить, чтобы в той же Москве киргиза или казаха остановили за ношение национальной шапки и потребовали её снять – на том основании, что она, мол, вызывает у русских людей неприятные ассоциации… скажем, с «монголо-татарским игом». Представить подобное в России крайне сложно. Зато нет никаких сомнений, что гражданин, совершивший подобное, у нас запросто может угодить под печально известную 282-ю статью «за разжигание».

Но то – Россия, а то – Казахстан, где «русофобия (пусть даже в весьма завуалированном и «мягком» варианте) является частью государственной политики». И где за эти самые слова, сказанные в интервью, честный казах (!) – блогер Ермек Тайчибеков ныне находится под судом и с высокой вероятностью может быть брошен в тюрьму на несколько лет.

Репрессии против него – далеко не единичный случай: так в 2014 году русскую гражданку Казахстана осудили на 4 года условно за высказанное личное мнение о том, что северные «русские» области должны когда-нибудь вернуться в состав России. А блогер Игорь Сычёв из города Риддер за проведённый в Сети опрос земляков, хотят ли они, чтобы их город был в составе России, получил реальные 5 лет тюрьмы. Таковы современные казахстанские реалии…

Мы давно и с тревогой отслеживаем ситуацию с казачеством в Казахстане – на территориях Уральского, Сибирского и Семиреченского казачьих войск. Думаю, нынешнее обострение психоза у казахских националистов связано с выборами в Казахстане, на которых отдельные политики не прочь разыграть национальную карту. Чем подобные заигрывания с национализмом могут закончиться – хорошо видно на примере Украины, и у казахстанского руководства сегодня есть реальная возможность наступить на те же самые грабли (Николай Дьяконов, верховный атаман «Союза казаков-воинов России и зарубежья»).

Принципиальный вопрос: есть ли непреодолимый антагонизм между казаками и казахами как таковыми? Нет его. Зато есть неприятие гнусной русофобской национальной политики властей, играющей на самых низменных ксенофобских инстинктах. Такая политика одинаково омерзительна для любого нормального человека – будь он хоть казак, хоть казах.

Любопытно, что в ряде станиц казахи, проживавшие там поколениями рядом с казаками, не только всегда праздновали вместе с ними Рождество и купались в крещенской проруби, но и весьма неодобрительно реагировали на переселение в свои края вчерашних кочевников из южного Казахстана, встречая этих «единокровных и единоверных», хорошо известных нам «понаехали тут»…

Недавно, 22 сентября прошлого года, в Омской области открыли дорогу Милоградовка – Алабота, связавшую Омск с Русской Поляной в обход территории Казахстана. Ещё в 2015 году омский губернатор Виктор Назаров предлагал казахам обменяться равнозначными территориями, чтобы строить дорогу напрямую, но понимания, мягко говоря, не встретил. Ну что ж, дорога обошлась бюджету почти в 800 млн рублей, зато теперь она есть и никоим образом не зависит от прихоти новых казахстанских баев.

Согласитесь, есть в этом какая-то символичность. Мы, Россия, давно и упорно пытаемся договориться с «союзным» нам Казахстаном. Казахстан демонстрирует «многовекторность». Однажды Россия может отнестись к этому жёстче, чем сейчас. Ни на что не намекаю, но вот выступления сенатора Никонова и депутата Государственной думы Фёдорова о Казахстане вызывают в обществе двух стран серьёзный резонанс…

Источник tsargrad.tv

Читайте также: